История о “плохих и хороших” врачах

Из Живого Журнала Павла Рудича Врач плохой, врач хороший Делить врачей на «плохих» и «хороших» глупо.

Из Живого Журнала Павла Рудича

Врач плохой, врач хороший

Делить врачей на «плохих» и «хороших» — глупо.
Насколько, предположим, плох «плохой»? Нет ли необходимости ранжировать это понятие?
Например:
1. Скорее плохой, чем хороший,
2. Плохой, но не очень,
3. Просто плохой,
4. Очень плохой, но местами,
5. Тотально очень плохой,
6. Отвратительный,
7. Маньяк-убийца, но душка, каких — поискать и т. д.
Желающие могут предложить свой вариант такой классификации.
Встречаются ещё и безграмотные тупые сукины дети с купленными дипломами. Это — если бесплатно. Но стоит представителя этой группы врачей правильно и в полном объёме мотивировать — он тут же преображается в чуткого знатокa своего дела с золотыми руками.

И вот ещё что: очень хороший врач легко превращается в очень плохого.
Это обязательно случится, если, например, кардиохирурга-виртуоза заставить делать резекцию желудка.
Бывает ещё так, что очень хороший хирург несколько суток не спит, денно и нощно оперируя. Затем он улетает по сан. заданию в тьмутаракань на оглушительном вертолёте и кукует там пару суток, выхаживая больного и ожидая лётной погоды. Вернувшись, наконец, в свою родную больницу, этот хирург тут же встревает в сложную операцию и, конечно, забывает в брюшной полости (грудной клетке, малом тазу, головном мозге) сущую безделицу — салфетку (полотенце, простыню, «подошву» Ревердена).
Хороший хирург тут же превращается во врача — убийцу.
Видел в истории болезни запись доктора, оставленную им перед сложной ночной операцией:
«Не выхожу из больницы третьи сутки. За всё это время спал только два часа. Поставил об этом в известность администрацию, прося замены. Меры приняты не были. Снимаю с себя ответственность за возможные ошибки при выполнении данной операции».
Самый распрекрасный лечащий врач, работающий в отделении, не может (хотя и стремится к этому) проконтролировать и повлиять на работу ночных медсестёр, дежурных врачей, приглашённых консультантов. Все эти товарищи могут хамить, не обращать внимание на жалобы больного, пропустить возникшее осложнение, не назначить вовремя необходимое лекарство. Неизбежно, что в конце концов все ошибки этих мудаков вменяются в вину доселe хорошему лечащему врачу.
То же самое можно сказать и о врачах поликлиник. Вся их хорошая работа может быть дискредитирована очередями на анализы, в диагностические кабинеты, на процедуры, бумажной волокитой. Раздражение больных всей этой тягомотиной выливается на головы хороших врачей, ведущих приём.

Да и как его разглядишь — хорошего врача?

Мой первый заведующий, о котором я здесь уже не раз писал, имел внешность пьяного орангутанга. Если бы такой позвонил вам в дверь и представился работником «Горгаза», вы бы его на порог не пустили и вызвали милицию.
Кроме этого, он был грубиян, сквернослов и запойный пьяница.
Но лечиться и оперироваться пациенты нашей области хотели только у него!

Противоположным этому доктору был заведующий одним из других хирургических отделений. Чистенький, как отмытое стекло, всегда отутюжен, аккуратен, вежлив и корректен. Морда — благообразная, движения — плавные.
Оперировал — как конь копытом. Ни одну операцию до конца сам не доводил. В ответственный момент мог сказать ассистентам:
— Продолжайте без меня! У меня — срочные дела в администрации.
Но больные и их родственники судят ведь «по вывеске»! Больные ходили за эти «конём с копытом» табунами. Родственники любили вести с этим доктором подробные беседы.
О том, что творится в операционной, они, естественно, не знали.

Часто говорят — хирург виртуоз, золотые руки.
Был у нас доктор, который руками мог — всё! Учась в мед.институте, он работал ещё и в Эрмитаже. Там он реставрировал различные ювелирные и миниатюрные экспонаты.
Собирал модели кораблей в бутылках, писал под микроскопом рубаи Хайяма на рисовом зернышке.
Оперировал — как ювелир: аккуратно, чисто, виртуозно. Шил ровными стежками, как швейная машина. Мог сшить «конец в конец» самые тонкие сосуды и нервы. Смотреть на его работу доставляло поистине эстетическое удовольствие.
Но вся эта красота в конце концов разваливалась , нагнаивалась, не работала. Был этот доктор абсолютным чемпионам по осложнениям.

Другой пример.
Работала у нас врач-акушер Октябрина.
Роды она и её бессменная помощница Соня Пинхасовна принимали с криками и бранью в адрес рожениц.
Как-то главный врач, под горячую руку, вздрючил за это Октябрину, хотя и сам был большой любитель изящной словесности.
Октябрина и Пинхасовна обиделись и стали принимать роды через «будьте любезны» и «не затруднит ли Вас».
Пошли разрывы, затянувшиеся роды, кровотечения, участились случаи кесаревa сечения.
Главный врач вновь провёл беседу с акушерами в свойственной ему манере.
Крики «Тужься, корова!» зазвучали в родильном зале с прежней силой. Осложнения прекратились.
Все роженицы считали за счастье «попасть на роды» к этой сладкой парочке.
Хорошим или плохим акушером была Октябрина?

Так что, хрен его знает, кто плох, а кто хорош.
Критерии зыбки, текучи и всегда — субъективны.
Ни внешний вид, ни умение говорить, ни регалии не гарантируют того, что вы имеете дело с хорошим врачом.
Я бы и отзывам о докторах не доверял.
Те пациенты, кому повезло, могут петь врачу дифирамбы. Те, кому не повезло, ничего сказать уже не могут.

О плохих и хороших людях

О плохих и хороших людях

Недавно знакомый писатель рассказал мне об этом удивительную историю. Писатель этот вырос в Латвии и хорошо говорит по-латышски. Вскоре после войны он ехал из Риги на Взморье на электричке. Против него в вагоне сидел старый, спокойный и мрачный латыш. Не знаю, с чего начался их разговор, во время которого старик рассказал одну историю.

— Вот слушайте, — сказал старик. — Я живу на окраине Риги. Перед войной рядом с моим домом поселился какой-то человек. Он был очень плохой человек. Я бы даже сказал, он был бесчестный и злой человек. Он занимался спекуляцией. Вы сами знаете, что у таких людей, нет ни сердца, ни чести. Некоторые говорят, что спекуляция — это просто обогащение. Но на чем? На человеческом горе, на слезах детей и реже всего — на нашей жадности”. Он спекулировал вместе со своей женой. Да. И вот немцы заняли Ригу и согнали всех евреев в “гетто” с тем, чтобы часть, убить, а часть просто уморить с голоду. Все “гетто” было оцеплено, и выйти оттуда не могла даже кошка. Кто приближался на пятьдесят шагов к часовым, того убивали на месте.

Евреи, особенно дети, умирали сотнями каждый день, и вот тогда у моего соседа появилась удачная мысль — нагрузить фуру картошкой, “дать в руку” немецкому часовому, проехать в “гетто” и там обменять картошку на драгоценности. Их, говорили, много еще осталось на руках у запертых в “гетто” евреев. Так он и сделал. Перед отъездом он встретил меня на улице, и вы только послушайте, что он сказал. “Я буду, — сказал он, — менять картошку только тем женщинам, у которых есть дети”.
— Почему? — спросил я.
— А потому, что они ради детей готовы на все и я на этом заработаю втрое больше.

Я промолчал, но мне это тоже недешево обошлось. Видите?
Латыш вынул изо рта потухшую трубку и показал на свои зубы. Нескольких зубов не хватало.
— Я промолчал, но так сжал зубами свою трубку, что сломал и ее, и два своих зуба. Говорят, что кровь бросается в голову. Не знаю. Мне кровь бросилась не в голову, а в руки, в кулаки. Они стали такие тяжелые, будто их налили железом. И если бы он тотчас же не ушел, то я, может быть, убил бы его одним ударом. Он, кажется, догадался об этом, потому что отскочил от меня и оскалился, как хорек.

Но это не важно. Ночью он нагрузил свою фуру мешками с картошкой и поехал в Ригу в “гетто”. Часовой остановил его, но, вы знаете, дурные люди понимают друг друга с одного взгляда. Он дал часовому взятку, и тот оказал ему: “Ты глупец. Проезжай, но у них ничего не осталось, кроме пустых животов. И ты уедешь обратно со своей гнилой картошкой. Могу идти на пари”.

В “гетто” он заехал во двор большого дома. Женщины и дети окружили его фуру с картошкой. Они молча смотрели, как он развязывает первый мешок. Одна женщина стояла с мертвым мальчиком на руках и протягивала на ладони разбитые золотые часы. “Сумасшедшая! — вдруг закричал этот человек. — Зачем тебе картошка, когда он у тебя уже мертвый! Отойди!” Он сам рассказывал потом, что не знает — как это с ним тогда случилось. Он стиснул зубы, начал рвать завязки у мешков и высыпать картошку на землю. “Скорей! — закричал он женщинам. — Давайте детей. Я вывезу их. Но только пусть не шевелятся и молчат. Скорей!” Матери, торопясь, начали прятать испуганных детей в мешки, а он крепко завязывал их. Вы понимаете, у женщин не было времени, чтобы даже поцеловать детей. А они ведь знали, что больше их не увидят. Он нагрузил полную фуру мешками с детьми, по сторонам оставил несколько мешков с картошкой и поехал. Женщины целовали грязные колеса его фуры, а он ехал, не оглядываясь. Он во весь голос понукал лошадей, боялся, что кто-нибудь из детей заплачет и выдаст всех. Но дети молчали.

Знакомый часовой заметил его издали и крикнул: “Ну что? Я же тебе говорил, что ты глупец. Выкатывайся со своей вонючей картошкой, пока не пришел лейтенант”.

Он проехал мимо часового, ругая последними словами этих нищих евреев и их проклятых детей. Он не заезжал домой, а прямо поехал по глухим проселочным дорогам в леса за Тукумсом, где стояли наши партизаны, сдал им детей, и партизаны спрятали их в безопасное место. Жене он сказал, что немцы отобрали у него картошку и продержали под арестом двое суток. Когда окончилась война, он развелся с женой и уехал из Риги.

Старый латыш помолчал.
— Теперь я думаю, — сказал он и впервые улыбнулся,– что было бы плохо, если бы я не сдержался и убил бы его кулаком.

Отрывок из книги Константина Паустовского “Начало неведомого века”

Читайте также:  Как я победила хронический гайморит

Константин Паустовский. О плохих и хороших людях.

“Недавно знакомый писатель рассказал мне об этом удивительную историю. Писатель этот вырос в Латвии и хорошо говорит по-латышски. Вскоре после войны он ехал из Риги на Взморье на электричке. Против него в вагоне сидел старый спокойный и мрачный латыш. Не знаю, с чего начался их разговор, во время которого старик рассказал одну историю. – Вот слушайте,- сказал старик.- Я живу на окраине Риги. Перед войной рядом с моим домом поселился какой-то человек. Он был очень плохой человек. Я бы даже сказал, он был бесчестный и злой человек. Он занимался спекуляцией. Вы сами знаете, что у таких людей, нет ни сердца, ни чести. Некоторые говорят, что спекуляция – это просто обогащение. Но на чем? На человеческом горе, на слезах детей и реже всего – на нашей жадности”.Он спекулировал вместе со своей женой. Да. И вот немцы заняли Ригу и согнали всех евреев в “гетто” с тем, чтобы часть убить, а часть просто уморить с голоду. Все “гетто” было оцеплено, и выйти оттуда не могла даже кошка. Кто приближался на пятьдесят шагов к часовым, того убивали на месте. Евреи, особенно дети, умирали сотнями каждый день, и вот тогда у моего соседа появилась удачная мысль – нагрузить фуру картошкой, “дать в руку” немецкому часовому, проехать в “гетто ” и там обменять картошку на драгоценности. Их, говорили, много еще осталось на руках у запертых в “гетто” евреев. Так он и сделал. Перед отъездом он встретил меня на улице, и вы только послушайте, что он сказал. “Я буду,- сказал он,- менять картошку только тем женщинам ,у которых есть дети”. – Почему?- спросил я.- А потому, что они ради детей готовы на все и я на этом заработаю втрое больше.Я промолчал, но мне это тоже недешево обошлось. Видите ? Латыш вынул изо рта потухшую трубку и показал на свои зубы. Нескольких зубов не хватало.- Я промолчал, но так сжал зубами свою трубку, что сломал и ее, и два своих зуба. Говорят, что кровь бросается в голову. Не знаю. Мне кровь бросилась не в голову, а в руки , в кулаки. Они стали такие тяжелые,будто их налили железом. И если бы он тотчас же не ушел, то я, может быть, убил бы его одним ударом. Он, кажется, догадался об этом ,потому что отскочил от меня и оскалился, как хорек. Но это не важно. Ночью он нагрузил свою фуру мешками с картошкой и поехал в Ригу в “гетто”..Часовой остановил его, но, вы знаете, дурные люди понимают друг друга с одного взгляда . Он дал часовому взятку, и тот оказал ему: “Ты глупец. Проезжай, но у них ничего не осталось, кроме пустых животов. И ты уедешь обратно со своей гнилой картошкой . Могу идти на пари”. В “гетто” он заехал во двор большого дома. Женщины и дети окружили его фуру с картошкой. Они молча смотрели, как он развязывает первый мешок. Одна женщина стояла с мертвым мальчиком на руках и протягивала на ладони разбитые золотые часы. “Сумасшедшая! – вдруг закричал этот человек.-Зачем тебе картошка,когда он у тебя уже мертвый! Отойди!” Он сам рассказывал потом, что не знает – как это с ним тогда случилось. Он стиснул зубы, начал рвать завязки у мешков и высыпать картошку на землю. “Скорей! – закричал он женщинам.- Давайте детей. Я вывезу их . Но только пусть не шевелятся и молчат. Скорей!” Матери, торопясь, начали прятать испуганных детей в мешки, а он крепко завязывал их. Вы понимаете, у женщин не было времени, чтобы даже поцеловать детей. А они ведь знали, что больше их не увидят. Он нагрузил полную фуру мешками с детьми, по сторонам оставил несколько мешков с картошкой и поехал. Женщины целовали грязные колеса его фуры, а он ехал, не оглядываясь.Он во весь голос понукал лошадей, боялся, что кто-нибудь из детей заплачет и выдаст всех. Но дети молчали. Знакомый часовой заметил его издали и крикнул: “Ну что? Я же тебе говорил, что ты глупец. Выкатывайся со своей вонючей картошкой, пока не пришел лейтенант”. Он проехал мимо часового, ругая последними словами этих нищих евреев и их проклятых детей. Он не заехал домой, а прямо поехал по глухим проселочным дорогам в леса за Тукумсом, где стояли наши партизаны, сдал им детей, и партизаны спрятали их в безопасное место. Жене он сказал, что немцы oтобрали у него картошку и продержали под арестом двое суток. Когда окончилась война, он развелся с женой и уехал из Риги. Старый латыш помолчал. – Теперь я думаю,- сказал он и впервые улыбнулся,- что было бы плохо,если бы я не сдержался и убил бы его кулаком.”

Другие статьи в литературном дневнике:

  • 29.06.2010. Константин Паустовский. О плохих и хороших людях.
  • 26.06.2010. Американский епископ Ерл Джексон.
  • 22.06.2010. Штирлиц, а вас я попрошу.
  • 21.06.2010. Александр Бовин.
  • 18.06.2010. Елена Боннэр. Море клеветы.
  • 16.06.2010. Владимир Маяковский.
  • 14.06.2010. Анекдот в тему – Я не француз!
  • 12.06.2010. Анекдот в тему.
  • 10.06.2010. Валерия Новодворская.
  • 06.06.2010. Полина Закс. Минное поле.
  • 01.06.2010. Лиза Юдина. Мысли вслух.

Портал Проза.ру предоставляет авторам возможность свободной публикации своих литературных произведений в сети Интернет на основании пользовательского договора. Все авторские права на произведения принадлежат авторам и охраняются законом. Перепечатка произведений возможна только с согласия его автора, к которому вы можете обратиться на его авторской странице. Ответственность за тексты произведений авторы несут самостоятельно на основании правил публикации и российского законодательства. Вы также можете посмотреть более подробную информацию о портале и связаться с администрацией.

Ежедневная аудитория портала Проза.ру – порядка 100 тысяч посетителей, которые в общей сумме просматривают более полумиллиона страниц по данным счетчика посещаемости, который расположен справа от этого текста. В каждой графе указано по две цифры: количество просмотров и количество посетителей.

© Все права принадлежат авторам, 2000-2020 Портал работает под эгидой Российского союза писателей 18+

onoff49

onoff49

Делить врачей на «плохих» и «хороших»- глупо.
Насколько, предположим, плох «плохой»? Нет ли необходимости ранжировать это понятие?
Например:
1. Скорее плохой, чем хороший.2.Плохой, но не очень, 3.Просто плохой, 4.Очень плохой, но местами, 5. Тотально очень плохой 6.Отвратительный, 7.Маньяк-убийца, но душка, каких — поискать и т. д.
Желающие могут предложить свой вариант такой классификации
Встречаются ещё и безграмотные тупые сукины дети с купленными дипломами. Это — если бесплатно. Но стоит представителя этой группы врачей правильно и в полном объёме мотивировать- он тут же преображается в чуткого знаток своего дела с золотыми руками.

И вот ещё что: очень хороший врач легко превращается в очень плохого.
Это обязательно случиться, если, например, кардиохирурга -виртуоза заставить делать резекцию желудка.
Бывает ещё так, что очень хороший хирург несколько суток не спит, денно и нощно оперируя. Затем он улетает по сан. заданию в тьмутаракань на оглушительном вертолёте и кукует там пару суток, выхаживая больного и ожидая лётной погоды. Вернувшись , наконец, в свою родную больницу, этот хирург тут же встревает в сложную операцию и, конечно, забывает в брюшной полости ( грудной клетке, малом тазу, головном мозге) сущую безделицу- салфетку ( полотенце, простыню, «подошву» Ревердена ).
Хороший хирург тут же превращается во врача — убийцу.
Видел в истории болезни запись доктора , оставленную им перед сложной ночной операцией:
«Не выхожу из больницы третьи сутки. За всё это время спал только два часа. Поставил об этом в известность администрацию, прося замены. Меры приняты не были. Снимаю с себя ответственность за возможные ошибки при выполнении данной операции».
Самый распрекрасный лечащий врач, работающий в отделении, не может ( хотя и стремится к этому) проконтролировать и повлиять на работу ночных медсестёр, дежурных врачей, приглашенных консультантов. Все эти товарищи могут хамить, не обращать внимание на жалобы больного, пропустить возникшее осложнение, не назначить вовремя необходимое лекарство. Неизбежно, в конце концов, все ошибки этих мудаков, вменяются в вину до сели хорошему лечащему врачу.
То же самое можно сказать и о врачах поликлиник. Вся их хорошая работа может быть дискредитирована очередями на анализы, в диагностические кабинеты, на процедуры, бумажной волокитой. Раздражение больных всей этой тягомотиной выливается на головы хороших врачей,ведущих приём.

Да и как его разглядишь — хорошего врача?

Мой первый заведующий,о котором я здесь уже не раз писал, имел внешность пьяного орангутанга. Если бы такой позвонил вам в дверь и представился работником «Горгаза», вы бы его на порог не пустили и вызвали милицию.
Кроме этого, он был грубиян, сквернослов и запойный пьяница.
Но лечиться и оперироваться пациенты нашей области хотели только у него!

Противоположным этому доктору был заведующий одним из других хирургических отделений. Чистенький, как отмытое стекло, всегда отутюжен, аккуратен, вежлив и корректен. Морда — благообразная, движения — плавные.
Оперировал- как конь копытом. Ни одну операцию до конца сам не доводил. В ответственный момент мог сказать ассистентам:
– Продолжайте без меня! У меня — срочные дела в администрации.
Но больные и их родственники судят ведь «по вывеске»! Больные ходили за эти «конём с копытом» табунами. Родственники любили вести с этим доктором подробные беседы.
О том, что твориться в операционно они, естественно, не знали.

Часто говорят- хирург виртуоз, золотые руки.
Был у нас доктор, который руками мог- всё! Учась в мед. институте, он работал ещё и в Эрмитаже. Там он реставрировал различные ювелирные и миниатюрные экспонаты.
Собирал модели кораблей в бутылках, писал под микроскопом рубаи Хайяма на рисовом зернышке.
Оперировал — как ювелир: аккуратно, чисто, виртуозно. Шил ровными стежками, как швейная машина. Мог сшить «конец в конец» самые тонкие сосуды и нервы. Смотреть на его работу доставляло поистине эстетическое удовольствие.
Но вся эта красота в конце концов разваливалась , нагнаивалась, не работала. Был этот доктор абсолютным чемпионам по осложнениям.

Другой пример.
Работала у нас врач -акушер Октябрина.
Роды она и её бессменная помощница Соня Пинхасовна принимали с криками и бранью в адрес рожениц.
Как то главный врач, под горячую руку, вздрючил за это Октябрину, хотя и сам был большой любитель изящной словесности.
Октябрина и Пинхасовна обиделись и стали принимать роды через «будьте любезны» и «не затруднит ли Вас».
Пошли разрывы, затянувшиеся роды, кровотечения, участились случаи кесарево сечения.
Главный врач вновь провёл беседу с акушерами в свойственно ему манере.
Крики «Тужься, корова!» зазвучали в родильном зале с прежней силой . Осложнения прекратились.
Все роженицы считали за счастье «попасть на роды» к этой сладкой парочке.
Хорошим или плохим акушером была Октябрина?

Читайте также:  Мирамистин при грудном вскармливании (лактации) в горло и в нос

Так что, хрен его знает, кто плох, а кто хорош.
Критерии зыбки, текучи и всегда- субъективны.
Ни внешний вид, ни умение говорить, ни регалии не гарантирую того, что вы имеете дело с хорошим врачом.
Я бы и отзывам о докторах не доверял.
Те, пациенты, кому повезло, могут петь врачу дифирамбы. Те, кому не повезло, ничего сказать уже не могут.

О плохих и хороших христианах (СИ), стр. 1

О плохих и хороших христианах.

(На статью В.Бобровского “Исповедь убежденного атеиста»).

Как все-таки скучно читать антицерковные статьи, написанные атеистами! Ни слова о главном, ни слова о важном – ну, просто ни малейшего! Что я имею ввиду? Ну, если бы кто-то попытался доказать, что Бога нет – это был бы разговор о главном. Или если бы кто-то пытался опровергнуть веру христиан в то, что Иисус Христос – Бог, явившийся во плоти (1. Тим. 3, 16) – это тоже было бы о главном. Но вместо этого атеисты далдонят одно и то же – в Церкви берут деньги, в Церкви берут деньги, в Церкви деньги берут. И только об этом – по сто раз подряд.

Давайте разберемся – если я зашел в Храм и положил в ящик для пожертвований гривну, то кому я ее пожертвовал? Богу. Нуждается ли Бог в моей гривне? Нет – Бог ни в чем не нуждается. У Него в избытке и могущества и любви, и от этого избытка Он дарит каждому из нас жизнь и все нужное для нее. Но вот в чем дело – в этом пожертвовании нуждаюсь я, ведь так я могу выразить свою любовь к Богу и что-то подарить Ему! Взаимные подарки – неотъемлемая часть отношений любви.

Бог принимает мой подарок, но поскольку Ему нет нужды что-то на мою гривну покупать, Он делится ею с теми, кому она необходима. На пожертвования прихожан живет семья священника, а так же прибившиеся к Храму нищие; на эти деньги Храмы строятся, отапливаются, ремонтируются и т.п. Возможно, противникам Церкви было бы приятнее, если бы пожертвования прихожан сжигались, топились в море или выстреливались из пушки в небо. Но Бог рассудил иначе. Даже в ветхозаветные времена было принято сжигать только часть жертвы, остальное шло на обеспечение нужд священников и служителей Храма.

Но вот наступают новозаветные времена – Бог становится Человеком и живет среди нас. Да, Христос говорил, что главное в Законе не жертвы, а милость, вера и справедливый суд. Но о том, что пожертвования на Храм вообще не нужны, Он не говорил никогда! Не поленитесь открыть Евангелие от Марка, главу 12 – там описывается, как однажды одна бедная вдова пожертвовала на Храм две лепты – все свое пропитание. Происходило это в присутствии Иисуса Христа. И Господь похвалил вдову! А жертвовал ли Он сам деньги на Храм? Да! Об этом говориться в 17 главе Евангелия от Матфея. Причем Господь ясно объяснил апостолу Петру, что если Он не даст пожертвования, то это будет плохим примером для других.

В общем, нравится вам или нет, а пожертвования на Храм (с которых испокон веков живут служители Храма), есть нормальная, древнейшая, самим Богом установленная практика. Но главное не это. Главное то, что если человек не хочет жить жизнью Церкви – деньги тут вовсе не причем!

Когда я слышу от невоцерковленного человека, что его смущает хождение в Храмах денежных знаков, я отвечаю ему, что основным таинством Церкви является святое Причастие и его бесплатность гарантирована канонами Церкви (правило 23 Трулльского собора). А затем говорю, что если препятствием к воцерковлению является лишь денежный вопрос, то преодолеть его проще простого! Для этого моему собеседнику нужно в ближайший выходной зайти в ближайший Храм и поговорить со священником – минут 10, не больше. Нужно быть честным и сказать – знаете, я вам не доверяю. Мне кажется – ваша деятельность просто выкачка денег и все. С другой стороны – а вдруг нет?! Все-таки я не хотел бы ошибиться и пройти мимо Бога. В общем – можно я буду ходить в этот Храм, но денег не принесу ни копейки? Ну, по крайней мере, пока не пойму, что в Церкви все всерьез? Если священник скажет «нельзя» – надо попрощаться и идти с этой просьбой в другой Храм. Если же ответ будет «можно» – значит, надо попросить этого человека стать вашим духовником – то есть тем, кто поможет влиться в жизнь Церкви.

Простой эксперимент, правда? Но никто и никогда не согласился на него! Почему? Потому, что дело вовсе не в деньгах!

А еще мне приходилось слышать, что у людей аллергия на богатых священников. На это я отвечаю, что священники – люди, а люди бывают разные. Есть люди умные и не так, чтобы очень – и священники есть умные и не очень. Есть люди бедные и богатые. И священники есть и бедные и богатые. Вам не нравятся богатые священники? Я знаю бедных! Мы много лет дружим семьями, и я свидетельствую – эти люди точно не богачи! Хотите ходить в их приходы? Я скажу – в какие именно!

Нет, не хотят. А почему? Потому, что дело вовсе не в том, богат священник или беден. Это просто отговорка.

Тогда – в чем же дело? Почему люди не хотят вливаться в жизнь Церкви?

Если разговаривать с человеком долго, то рано или поздно он назовет настоящую причину. Один человек сказал мне: «Знаешь, если бы мне было 50 лет, я принял бы твое мировозрение, принял бы его полностью. Но не сейчас. Я люблю женщин». Вот это – настоящая причина. Человек решил не идти к Богу не из-за денег, а просто потому, что не захотел исполнять заповеди! Ведь и в христианстве мужчине не возбраняется любить женщину, только для этого нужно взять на себя ответственность – жениться.

Другой сказал: «Знаешь, мне это не нужно. Я не хочу меняться!» И это тоже – настоящая причина! Человек боится покаяния. Дело в том, что «покаяться» – это значит «измениться». А человек иной раз так влюблен в себя, что ему не хочется перерастать свои грешки. И лень. Человек не хочет работать над собой, но понимает – в христианстве без этого нельзя. Христианин в идеале не только не убивает и не ворует, но и не завидует, не мстит, не сплетничает. Людям лень этому учиться и потому они не идут в Церковь.

И тут я слышу насмешливый вопрос из лагеря атеистов– да неужто вы и вправду такие? Не завидуете, не сплетничаете? Врете – вы ничуть не лучше нас! У вас попы на мерседесах! И Бруно вы сожгли! Вот!

Что тут сказать? Я стал верующим в 25 лет и потому могу сравнивать жизнь воцерковленных людей и невоцерковленных. Свидетельствую – люди, разделяющие жизнь Церкви, все же больше похожи на апостолов и на святых, чем люди, всю жизнь прожившие вне Церкви! Хотя конечно – моральный и духовный уровень среднего прихода не дотягивает до Евангельского идеала. Почему? Потому, что в любом приходе есть люди разных духовных возрастов. Христос говорил, что «Царство Божие внутри вас» и сравнивал это Царство с горчичным зерном. А зерно растет, но растет постепенно!

Вот один человек – он в православии уже лет 30 и кое-чему научился. Не то, чтобы с него хоть сейчас икону пиши, но знакомые уже и не вспомнят, когда он сказал о ком-то дурное слово. Душевное устройство этого человека много выше, чем у любого невоцерковленного человека.

А вот другой человек – он в православии недавно. Он старается, но привычки прошлой жизни вне Церкви еще сильны в нем. Если он в хорошем расположении духа, то говорит и действует вполне по-христиански, но стоит задеть в нем какую-то чувствительную струнку, как следует гнев, крики. Атеисты смеются над ним – какой ты после этого христианин?! А действительно – какой он христианин? А обычный христианин в процессе становления. И для того, чтобы все получилось, ему нужны просто настойчивость, терпение и время.

А вот третья группа – они почти ничего не выносят из Церкви, просто потому, что пришли туда не ради Бога. К примеру – принесли причащать младенца, чтобы тот не болел. Конечно – хорошо, если младенец не болеет, но вообще-то идти в Церковь только за этим – это все равно, что использовать подъемный кран для того, чтобы поднять с земли спичечный коробок. Такие люди почти ничем не отличаются от невоцерковленных, но и они не безнадежны – благодаря частому соприкосновению с Церковью они могут постепенно дорасти до того, чтобы начать искать Бога ради Самого Бога.

Ну, а как все-таки быть с сожженным Бруно?

Да, конечно – история знает многих людей, у которых не получилось стать хорошими христианами. Некоторые из них оставили о себе недобрую память. Но подумайте – неужели в Церкви кого-то учат брать пример с плохих христиан?!

Зайдите в любую церковную лавку и присмотритесь к предлагаемой литературе – вы увидите много житий святых. В них вы прочтете о мучениках и бессеребренниках, о молитвениках и нищелюбцах. Вот это – те примеры, следовать которым вас призывает Церковь. А инструкции о том, как по-лучше приготовить костер под Бруно, в церковной лавке нет! К тому же не стоит забывать – советская атеистическая школа была, конечно, предвзятой. И потому историю о Бруно слышали все, а вот история о том, как настоятель Студийского монастыря Феодор в 812 году спас от смерти тысячи павликиан (убедив императора Михаила Первого отменить закон, карающий смертью за принадлежность к этой секте) известна не многим. Но обратите внимание – именно Феодора Студита (а не убийц Бруно) Церковь считает святым!

Читайте также:  Необходимо ли лечение туберкулеза при аллергической реакции на диаскинтест?

Мужское движение (МД). Статья 13. Сказка о “плохих” и “хороших” женщинах

Одним из частых заблуждений современных мужчин и юношей, с которым мне приходится сталкиваться, является деление женщин на “правильных” и “плохих”.

Мужчина получил негативный опыт с женщиной: она — “плохая”, стало быть, надо искать “хорошую”. И вот он ищет, но опять почему-то все не так. И много раз не так. Мужчина копается в себе, приобретает комплексы, начинает сторониться женщин или даже становится женоненавистником, но в тайне даже от самого себе уверен: где-то есть “хорошие”. И лишь с годами, с большим приобретенным опытом общения с противоположным полом, уже к концу жизни становится понятно, что деление женщин на “тех” и “не тех” ошибочно в принципе.

Открою секрет, и ты запомни его, читатель: никаких “хороших” и “плохих” женщин, вообще говоря, нет и никогда не было. Женщина — существо высокопримативное, с достаточно понятными программами и жизненной мотивацией.

Женщина — приспособленка, и ведет себя ровно так, как ей позволено (родителями, мужчиной, обществом). Современное общество стимулирует женское потребительство, наглость, продажность, циничное отношение к мужчинам, и женщины ведут себя именно так. По той простой причине, что это глубоко заложено в их инстинктах самки. Патриархальная культура ограничивала и контролировала эти инстинкты, но наши предки, заметьте, не питали иллюзий относительно женской сути.

Одна и та же женщина ведет себя по-разному с разными мужчинам. Почему?

Женщина всегда пробует мужчину “на зубок”: прогнулся, поддался на манипуляции — инстинкт считает его низкоранговым. Следовательно, его роль по отношению к женщине — “снабженец” на дозированном сексе или мальчик для битья и побегушек, удовлетворения бабских хотелок, вовсе лишенный секса. Такого мужчину женщина использует, манипулирует им, изменяет ему, грабит его и разводится с ним. И это, заметьте, наиболее востребованный в наши дни тип мужчины: безропотный снабженец, услужливый бабораб, выклянчивающий строго дозированный секс в обмен на услуги, деньги, “ништяки”.

Высокорангового мужчину женщина хочет сама, она подстраивается под него, отдается вполне бескорыстно, она хочет принадлежать только ему. Именно в такой любви к мужчине проявляются лучшие женские качества. Именно они воспеты поэтами и романистами.

Но ведь речь идет об одной и той же женщине! Совершенно верно. Поэтому понимание и спокойное приятие нехитрых законов женской сути, единых для подавляющего большинства женщин, даст умному мужчине возможность выстроить простую и правильную доктрину отношений с женщинами. Со всеми разом.

Действительно, во времена патриархата, одним из самых важных моментов, определяющих “качество женщины” было родительское воспитание. Взять невесту из приличной, правильной семьи — это в значительной степени определяло успешность семейной жизни. Но обратите внимание, что социумом были востребованы традиционные для патриархального общества женские добродетели: хозяйственность, милосердие, домовитость, скромность, стыдливость, материнство, сострадательность, женственность. Женщина и была такой, какой от нее требовали быть. Она так воспитывалась. И передавалась из рук отца (помните обряд венчания?) в руки мужа.

Сейчас же родительское воспитание потеряло свою определяющую роль, главные педагоги современной девушки — гламурные журналы, подружки, телевизор с массой бабских шоу и пахабных сериалов, внушающие женщине совершенно иные ценности и образ жизни.

Матриархально-ориентированный социум как из глины лепит современную женщину. И мы имеем то, что имеем, во всей “красе”.

В наши же дни, роль играет не столько педагогические мероприятия родителей, сколько реальная семейная модель родителей, которую впитала и унаследовала девочка в собственной семье. Значительная часть девушек выходит из неполной семьи или семьи с доминирующей матерью и подчиненным, униженным отцом – другой модели девушка не знает и реализовать в собственной жизни просто не сумеет. Потребительское отношение к мужчине как к обслуге собственных интересов и хотелок, доминирование над ним — эта та стезя, которой уготовила девушке ее главенствующая в семье мама, слабый отец и общество бабобеспредела.

Ситуация с качеством современных женщин была бы не так трагична, если бы мужчина, муж обладал бы рычагами воздействия на женщину и жену. Но рычагов этих сейчас практически нет. Нет ни плетки, которой учили распоясавшуюся женушку, почти нет имущественных рычагов — тут и режим “совместно нажитого” имущества, которое при разводе будет поделено пополам, и алиментный грабеж, и вымогательства при помощи детей, и определенные возможности женщины обеспечивать себя саму.

Мужчина не может принудить собственную жену к сексу. Муж не может заставить рожать или сделать аборт. Мужчины в России фактически лишены отцовских прав. Да что там говорить, по действующим законам жена даже не обязана жить с мужем, следовать за ним. И даже хранить верность не обязана. По нашим законам ей ничего не будет, даже если родит от любовника, а ребенка запишет на мужа.

И мы имеем соответствующих современных женщин: существ наглых, агрессивных, самовлюбленных, зарвавшихся, изолгавшихся, паразитирующих и преступных.

Но внутренняя суть женщины, набор ее инстинктов оставались во все времена одними и теми же. Да, конечно, есть определенные вариации: бывают женщины-чистюли и женщины-неряхи, бывают более истеричные и менее, – тут у каждого из нас свои вкусы и предпочтения. Но суть, суть женщины — одна, а ведет себя женщина ровно так, как ей позволено мужчиной и обществом. Если общество потворствует брачному аферизму и грабежу мужчин при разводе, то женщины охотно разводятся (80% разводов инициируется именно женами), делят т. н. “совместно нажитое” и отнимают квартиры. Если социум утверждает практическое бесправие отцов, то в руках женщин дети превращаются в инструмент вымогательства и шантажа мужчин. Если суды и УК проявляют к преступлениям женщин снисходительность — нате вам увеличившееся в разы число убийств детей матерями и безнаказанное бытовое насилие со стороны женщин. Этот иллюстративный ряд причин и следствий можно продолжать долго.

Почему до сих пор жива сказка о каких-то особенных, “хороших” женщинах?

Первая причина — это наша память о временах патриархата. Суламифь, Лаура, Джульетта. Все лучшие образцы женской добродетели, жертвенности, любви и материнства созданы именно в патриархальные времена. Но мы должны отдавать себе отчет, что эти образы и созданы патриархатом, и, одновременно являются олицетворениями лучших и наиболее востребованных качеств патриархального мира. Петрарка воспел мать 11 детей, а вовсе не солдата Джейн, страдалец Вертер Гете любил добродетельную невесту своего товарища, заботливую сестру и дочь порядочного семейства, а вовсе не стерву из современного женского сериала. Патриархат очень четко регламентировал жизнь женщины от рождения до смерти, через взросление в родительском доме, передачу из рук отца в руки мужа, материнство, заботу о муже, детях и внуках. Патриархат строго определял нормы женского поведения и создал правильные ИДЕАЛЫ женщины. И, надо сказать, большинство женщин старались им следовать: быть добродетельной было почетно и выгодно, а мерзкой стервой или потаскухой — нет.

Современные мужчины не желают понимать, что вместе с торжеством матриархальной деградации общества изменилась и основная жизненная программа женщин, их базовые установки в отношении с мужчинами, от которых, тем не менее, женщины продолжают требовать патриархально-рыцарского обращения. То, что считалось непристойным еще 60 лет назад, сейчас выставляется как норма отношений между мужчинами и женщинами, как “умение жить”. Стервозность стала предметом гордости, способность женщины “развести”, “обуть” мужчину стала чуть ли не добродетелью. Стяжательство, потребительское отношение к мужчине, обман, супружеские измены стали не только обычным делом, но подаются с экранов телевизоров с бравадой и эпатажем. Правят бал вырвавшиеся наружу худшие самочные инстинкты, которые патриархат достаточно успешно подавлял тысячелетиями. Внутренняя суть женщины не изменилась — исчезла плетка, которой женская суть приводилась к приличному внешнему виду.

Вторая причина: мужчины действительно романтики и склонны идеализировать объект своей любви. Собственно, само действие любовных гормонов вызывает у мужчины некоторое отупение, сильно тормозит критическое восприятие той женщины, к которой эта любовь вспыхнула. И чем больше наркотическая идеализация женщины, тем больнее и трагичней бывает момент прозрения.

Причина третья — это “режим заманухи” (режим рекламной акции, деморежим), – набор специальных мер и приемов по выставлению себя в наиболее привлекательном для мужчины виде. О нем я уже рассказывал.

Причина четвертая. Ну не хочет мужчина верить, что выбрал “не принцессу”. Мужчина до последнего верит, что “она не такая”, хотя все факты и их элементарный анализ говорят, -нет, вопят: “она именно такая же, как и большинство женщин: лживая, недалекая, эгоцентричная, истеричная баба”. И тогда остается последняя “линия обороны”, в которой мужчина защищает собственное самолюбие — признание того, что выбрал он по ошибке “не ту” женщину.

Причина пятая. Многим мужчинам просто неуютно жить с той простой мыслью, что по сути все женщины одинаковы. Так хочется сказок, красоты, стабильности, любви, “принцессы”, с которой “проживешь счастливо всю жизнь и умрешь в один день”, так хочется верить в патриархальные семейные ценности в своем доме даже когда видишь, что вся объективная реальность сегодняшнего мира направлена на их разрушение.

Причина шестая. Сами женщины активно поддерживают байку о том, что женщины, дескать, разные. Об этом я уже рассказал в главе “Разные или одинаковые?”. Вполне закономерные, на самом деле — предопределенные, провалы семейной жизни, трагедии и расставания, которые в наше время имеют четкие, ОБЪЕКТИВНЫЕ причины, женщины стараются выдать “случайностью”. Скажите, не смешно ли говорить о “случайности” при том, что соотношение разводов к числу браков в 2002 году составило 83.7%?

Парочка характерных женских фраз: “Ему не повезло с женщиной, но не надо разочаровываться во всех женщинах”, “Вы не тех женщин выбираете” — подразумевается, что где-то есть “те”. Женщины, которые сами про себя прекрасно знают правду, скорее палец позволят отрезать, чем эту правду озвучат. Иначе мужчина просто будет демотивирован в поиске “нового счастья”, а это противоречит корпоративным женским интересам, это не выгодно всем женщинам скопом.

Не делите женщин на “плохих” и “хороших”, это стратегическая ошибка, – они одинаковые по сути, просто выбирайте из тех женщин, с которыми вам комфортно, из тех, кто безоговорочно принимает ваши правила, ваши стратегические цели, кто хочет вам принадлежать. Но не ожидайте от женщины многого, особенно в наше время матриархальной деградации, не ставьте на “хорошесть” женщины свою жизнь и здоровье.

Ссылка на основную публикацию